В России кратно выросло число мужчин, оформляющих на себя отпуск по уходу за ребёнком. И тому есть несколько причин. Во-первых, число отцов-одиночек резко выросло, и уже никого не удивляет папаша, живущий с сыном при живой матери. Во-вторых, государство постепенно разворачивается к отцу лицом. И это вызывает далеко идущие изменения от общественного сознания до рынка труда.
Папа как мама
За каких-то пять лет в 2020–2025 гг. доля мужчин среди получателей пособия по уходу за ребёнком выросла с 2 до 12, 5%. А в денежном выражении и вовсе в 6–9 раз. По словам доцента кафедры статистики РЭУ им. Плеханова Ольги Лебединской, в отпуск выходят отцы с высокой оплатой труда, живущие в регионах с высокими доходами: Москва, Петербург, Тюмень, Татарстан. Согласно результатам исследования СПбГУ, готовы уйти в отпуск по уходу за ребёнком около 50% отцов. Однако большинство из них хотят, но по разным причинам не могут взять отпуск.
В сущности, ничего особенного – тут у нас характерный для развитой европейской страны тренд. В Швеции папашам положено 90 дней отпуска в год для ухода за ребёнком при сохранении 80% от заработной платы. Поэтому доля таких отцов уже превышает 30%. В Норвегии условия ещё лучше: 15 недель и 100% зарплаты. Даже в 90-миллионной Германии можно взять два месяца при сохранении двух третей заработка. В России отпуск по уходу за ребёнком может обрести не только мама, но и отец, бабушка, дедушка, другой родственник или опекун. Пособие составляет 40% его среднего заработка, но не более 83 тыс. рублей в месяц и не менее 10, 6 тыс. рублей. Тоже есть над чем подумать.
В Министерстве труда и соцзащиты тоже заметили тенденцию. «За последнее время мы видим рост числа отцов, которые уходят в отпуск по уходу за ребёнком. Мы понимаем, что отчасти это связано с тем, что папы больше зарабатывают. И, соответственно, могут получать пособие по уходу за ребёнком в большем размере», – отметила замдиректора департамента демографической и семейной политики Елена Семёнова. Доля мужчин, де-юре ухаживающих за ребёнком до полутора лет, выросла с 20% в 2024 г. до 32% в 2025-м. Столь крутые изменения плохо сочетаются с постепенностью, с которой обычно происходит пересмотр традиционных ролей.
В социальном фонде прямо говорят, что такой бурный рост показателя в первую очередь объясняется новыми правилами выплаты декретных пособий. Отцы взяли в 2025 г. 226 тыс. «декретных» отпусков (после скромных 30 тыс. в 2023‑м), поскольку закон разрешил совмещать занятость и получение пособия по уходу за ребёнком. Такие поправки инициировал Владимир Путин, указавший правительству, что государственная поддержка «должна служить подспорьем и дополнительным доходом к зарплате». Как следствие, с 2024 г. у родителей появилась возможность досрочно выйти из декретного отпуска по уходу за ребёнком (в том числе на полный рабочий день), не теряя при этом выплаты.
Получается, тот родитель, у кого больше зарплата, оформляет на себя отпуск, поскольку считать будут процент от его заработка. А кто в это время будет реально сидеть с малышом, государство не волнует. Более того, оно официально приглашает ушедшего в отпуск члена семьи выйти на работу хоть на следующий день после его оформления. Заработки у российских женщин, как следует из данных Росстата, на 25–30% ниже, чем у мужчин, – вот и логика, заставляющая отца заполнять бланки в Соцфонде.
Ожидается, что такая практика в долгосрочной перспективе поменяет рынок труда. Хотя отпуск по уходу не даёт, например, права на отсрочку от воинской службы. Но если уход мужчины «в декрет» перестанет быть исключением, работодателям придётся пересматривать отношение к семейным обязанностям всех своих сотрудников. А то сейчас только женщин достают кадровики: когда, мол, собираетесь рожать и сколько раз? Это может привести к росту спроса на гибридные форматы занятости с использованием удалёнки, поскольку работодатель не может быть уверенным даже в сотруднике за 50 лет – вдруг завтра объявится папашей и начнёт качать отцовские права. Уже сейчас мужчины берут отпуск по уходу за ребёнком, когда над ними начинает нависать перспектива увольнения. А «кормящего отца» по закону за борт выкинуть нельзя.
Кто платит по счетам?
Вместе с тем роль отца как единственного кормильца и воспитателя для ребёнка возросла задолго до нынешних поправок, позволивших семье получать с государства больше денег. Пять лет назад «АН» рассказывали, что отцов-одиночек в России не так уж мало – 648 тыс., по данным аппарата уполномоченного при президенте РФ по правам ребёнка. Матерей-одиночек тогда было чуть более пяти миллионов. То есть соотношение ещё в 2021 г. было один к восьми, а не один к ста, как казалось многим обывателям. А сегодня отцов-одиночек уже больше миллиона. По данным ВЦИОМ, 72% россиян уверены, что отец может не хуже матери заботиться о ребёнке. Но так было не всегда.
Впервые тему дискриминации мужчин при разводе подняли в начале 1990-х «Мапулечки» – вероятно, самая древняя в стране группа взаимопомощи для одиноких отцов. Суды, дескать, не разбираются, с кем будет лучше ребёнку: его «автоматом» отдают матери, а если она ведёт асоциальный образ жизни или сидит в тюрьме, – в детдом. Лидер «Мапулечек», ныне превратившихся в ассоциацию, Николай Белоусов конкретизирует: «Много поучительных историй, много нюансов, но если основной сюжет взять: она загуляла, ушла, он остался с детьми. Если он нормальный мужик, не запил сам, не бросил детей на шею родственников или в детдом, ему пришлось крутиться: работа, магазин, деньги, продукты, корыто, плита, стирка, глажка, штопка, уроки, прогулки. Всё это проблемы, с которыми мужчина обычно не сталкивается, но он справился. Проходит полгода, год, два, три – она нагулялась и возвращается: «Я их забираю». Представьте себе состояние этого отца. Начинается новая трагедия, когда от него отрывают детей».
К середине 2010-х в российском законодательстве не появилось даже термина «одинокий отец». Большинство регионов довольствовались диким определением «отец, пользующийся правами одинокой матери». А профильный комитет Госдумы назывался «по вопросам семьи, женщин и детей». Отец-одиночка зачастую вовсе не мог получить положенные по закону выплаты или взять отпуск по уходу за ребёнком, а судьи, две трети которых составляли женщины, по-прежнему не очень-то вникали в его нужды. Армейский офицер Константин Мильчин, которого жена бросила с тремя детьми, официально передав ему опеку над ними, дошёл до Страсбурга, доказывая, что без отпуска он не сможет ухаживать за младенцем нескольких месяцев от роду.
Отец-одиночка Александр Лукьяница вызвал раскол даже среди членов Конституционного суда. Пенсионный фонд отказался выдать Лукьянице семейный капитал (который в разговорной речи именуют «материнским»), поскольку мать его детей была гражданкой Узбекистана. Но ведь сам Лукьяница и его дети имеют российское подданство. Конституционный суд и тут отказал истцу, сославшись на «приоритетное право матери», но судья КС Гадис Гаджиев выступил с особым мнением: «Материнство и отцовство в равной мере защищаются Конституцией, функция семьи имеет не только биологическую, но и социальную (уход и воспитание) составляющие, которые в равной мере могут выполняться мужчиной и женщиной в неполной семье». В 2017 г. в Послании к Федеральному собранию президент Владимир Путин особо подчеркнул, что новое детское пособие должны получать как мамы, так и папы несовершеннолетних.
Сегодня парламентские инициативы в интересах одиноких отцов посыпались как из рога изобилия. Депутат Госдумы Дмитрий Кузнецов подготовил законопроект о 14 днях оплачиваемого отпуска для отцов после рождения ребёнка. А председатель комиссии Общественной палаты (ОП) РФ по демографии, защите семьи, детей и традиционных семейных ценностей Сергей Рыбальченко предложил ввести «отцовский капитал» в размере двух миллионов рублей как дополнительную выплату для многодетных семей, которая будет стимулировать рождение третьих и последующих детей и укрепит роль отцов. Согласно опросам, «у мужчин желаемое число детей в семье выше, чем у женщин», и социологи называют тенденцию словосочетанием «третьего ребёнка заказывает отец». Ему и нужно помочь, поскольку в многодетных семьях основная финансовая ответственность возлагается на мужчин, поскольку «40% многодетных мам уже не работают», а значит, эти семьи «живут на зарплату одного папы». Звучит непривычно, зато и оспорить непросто.
Источник:
