Решение Ирана прервать диалог с Вашингтоном до полного вывода израильских войск из Ливана значительно укрепило позиции Тегерана в исламском мире и на нефтяном рынке, где баррель уже штурмует отметку в $95. Такое развитие ситуации в комментарии оценил политолог и историк Вадим Мингалёв. По его мнению, несмотря на обоюдную потребность в мире, достижению быстрой сделки мешают чрезмерные требования радикального крыла КСИР и рекордное падение доверия американцев к политике Белого дома. Эксперт отмечает, что Иран сегодня находится в более выигрышной дипломатической позиции, намеренно затягивая переговорный процесс как минимум до ноябрьских промежуточных выборов в Конгресс США.
По данным агентства «Tasnim», Иран прекратил переговорный процесс с США на фоне непрекращающихся ударов Израиля по Ливану и дал понять, что не станет возвращаться к диалогу, пока Израиль не выведет свои войска с ливанской территории и не остановит нанесение ударов. На это событие уже отреагировал нефтяной рынок. Нефть вновь подорожало и торгуется вблизи $95 за баррель (российская нефть марки Urals – до около $84).
Это не значит, что полномасштабная война возобновится. Никто, кроме Израиля, этого не хочет. Президент США Д. Трамп в телефонной беседе с Б. Нетаньяху разразился нецензурной бранью из-за сорванного перемирия с Ливаном, сообщает портал «Axios». Трамп назвал Нетаньяху сумасшедшим и обвинил его в гибели мирных ливанцев, и предупредил, что удары по Ливану приведут к ещё большей международной изоляции Израиля, а также прямо заявил, что именно он спас Нетаньяху от тюрьмы по коррупционному делу. После беседы с Нетаньяху Трамп заверил, что израильские военные не станут вводить свои силы в Бейрут.
Как отмечает П. Акопов, прекратив переговоры с США из-за Ливана, Иран получил подтверждение своей репутации защитника всех мусульман, показав, что думает не только о себе. И это дорогого стоит, особенно если говорить о его влиянии после полноценного окончания войны. Таким образом, чем бы ни кончилось противостояние, одну моральную победу Иран уже одержал.
Если мир будет подписан на условиях, обсуждавшихся накануне прекращения переговоров, то Иран выиграет не только морально. Он как минимум сможет вновь торговать нефтью, а также получит снятие санкций (хотя бы частичное) и возврат замороженных активов. Как максимум – легально продолжит свою ядерную программу. В обмен на это Тегеран обещает открыть Ормузский пролив, то есть просто вернуться к тому статус-кво, который существовал до 28 февраля. Видно, что иранцы прекрасно усвоили бизнес-совет Дональда Трампа «продавай как можно дороже то, что и так собирался отдать».
К тому же есть сведения, что КСИР стал главной силой в Иране, и радикальные элементы практически единолично выстраивают его политику. В отставку уже якобы собрался президент М. Пезешкиан, чьи заявления почти не попадают в инфополе. Радикальные элементы в КСИР уже завоевали достаточно политического веса, чтобы требовать от американцев односторонних уступок, в первую очередь снятия санкций в обмен на любой диалог. Это превращает КСИР в структурный тормоз, делающий полноформатную сделку маловероятной до тех пор, пока внешнее военное давление сохраняется или тем более усиливается.
В то же время чрезмерные требования Ирана также могут сорвать сделку, как сейчас срывают её чрезмерные требования США. В преддверии совещания в Белом Доме 29 мая американский лидер объявил о снятии морской блокады Ормузского пролива, но при этом выдвинул Тегерану встречные условия: полный отказ от разработки ядерного оружия, открытие беспрепятственного прохода судов без взимания сборов со стороны Ирана, извлечение и ликвидацию обогащённого урана силами США в координации с Ираном и МАГАТЭ.
Также США по мере сил стараются прорвать блокаду Ормузского пролива. Их военные обеспечили проход примерно 70 торговых судов через пролив за последние три недели, сообщает «The New York Times». Но это немного: до войны США и Ирана через пролив ежедневно проходило более 100 торговых судов. Со своей стороны, руководство США делает ставку на эффект санкций и экономическую блокаду Ирана.
Для США ситуация выглядит двояко. С одной стороны, американский нефтегазовый сектор сейчас ставит рекорды: экспорт в Европу и Азию достиг 6 млн. баррелей в день, усиливая зависимость союзников от энергоресурсов из США. С другой стороны, долгосрочная выгода перекрывается колоссальными политическими рисками внутри страны.
Опрос «Fox News», проведённый перед Днём Поминовения всех павших в войнах (24 мая), показал, что лишь 39% опрошенных хотели, чтобы военные операции США длились «столько, сколько потребуется для достижения целей США», по сравнению с 61%, которые предпочли бы «ограниченные временные рамки». Опрос, проведённый газетой «New York Times» и Сиенским колледжем, показал, что 52% считают, что США должны прекратить военные операции, даже если им не удастся достичь соглашения с Ираном по его ядерной программе, только 37% с ними не согласны. Лишь 22% респондентов считают, что война будет «очень успешной» в деле ликвидации иранской ядерной программы. Еще 18% считали, что этот проект будет «относительно успешным», а 50% ожидали, что он окажется неудачным.
Согласно опросу «Washington Post-ABC News», 65% американцев «не так уверены» или «совсем не уверены» в том, что соглашение о прекращении войны остановит разработку Ираном ядерного оружия (о чём, к слову, неоднократно заявлял и Трамп). А если верить опросу исследовательского центра «Pew Research Center», то почти две трети респондентов были лишь «в некоторой степени» или даже меньше уверены в том, что трамповская администрация добьётся своих целей в Иране.
Поэтому иранцы сейчас в лучшем дипломатическом положении, чем США и Трамп, отмечает старший научный сотрудник Центра изучения стран Ближнего и Среднего Востока ИВ РАН В. Сажин. «Их главная задача – затянуть процесс до ноября, до промежуточных выборов в Конгресс. И тогда посмотреть, как будет действовать Трамп после провала своей Республиканской партии. Это изменит политику США, и на это рассчитывает Иран». Впрочем, измученному блокадой и санкциями Ирану мир тоже нужен, а между тем чрезмерные требования КСИР, со своей стороны, могут подтолкнуть и будущий демократический Конгресс изменить свою позицию по Ирану в сторону более жёсткой.
В общем, мир нужен всем. Судя по поступающим сообщениям, подвижки по отдельным направлениям переговоров действительно возможны. Стороны, вероятно, пытаются сблизить позиции по ряду вопросов. Однако на данном этапе речь скорее идёт о длительном переговорном процессе и торге, чем о скором выходе на итоговое соглашение. Вероятность достижения всеобъемлющих договоренностей в ближайшее время можно оценить как «ниже среднего». Любопытно обратиться в этой связи к платформам прогнозных рынков. «Polymarket» оценивает вероятность дальнейшего прекращения огня или перемирия до 3 июня всего в 6%, до 7 июня – в 20%, до 30 июня – в 60%. Рынок не верит в быструю мирную сделку, но допускает, что к концу июня стороны оформят хотя бы временную паузу. В то же время с вероятностью в целых 71% ожидается постоянное мирное соглашение к концу 2026 года. При этом переговоры будут непростыми, и исход их труднопредсказуем и зависит от многих факторов как внешне-, так и внутриполитического характера (включая противостояние разных политических сил) как в США, так и в Иране.
И ещё одна деталь. За последнюю неделю в Москве заметно подорожали бензин и дизельное топливо. Связано ли это с общемировым ростом цен на нефть? Если не прямо, то косвенно – безусловно. Это ещё один стимул для России приложить дополнительные усилия по достижению мира на Ближнем Востоке. Но главное, конечно, не это. Решающее значение имеет то, что благодаря миротворческим усилиям России (и тесно сотрудничающего с ней Китая), и не только в вопросе нынешнего иранского кризиса, авторитет нашей страны на Ближнем Востоке значительно вырос, и практически все мусульманские страны смотрят на неё как на гаранта мира. Поэтому сейчас, когда достижение мира между США и Ираном вновь под угрозой, Москва должна снова активизировать свои усилия на этом направлении.
Источник:
